Архив
22 июня 2007
В среду Тони Блэр оставляет пост премьер-министра Великобритании. Его место займет бывший министр финансов Гордон Браун, который уже стал лидером правящей Лейбористской партии.
Как я брал интервью у Тони Блэра
Первое, что он сделал, поздоровавшись, - это бросился к окнам в зале заседаний кабинета министров и принялся их закрывать. "Я знаю, здесь слишком шумно, это может отразиться на качестве вашей записи", - объяснял он деловито. А я сидел за огромным овальным столом, где обычно заседает правительство, и наблюдал за ним с изумлением.
Слишком много сильных впечатлений сразу. Во-первых, Тони Блэр оказался неожиданно высоким. На телеэкране почему-то это незаметно - может, отчасти, потому, что он очень пропорционально сложен, а может, и потому, что, сознательно или нет, премьер избегал ситуаций, когда бы он смотрел на людей сверху вниз.
Второе - поразительно, сколько энергии он излучал. Посередине тяжелого рабочего дня, начавшегося где-то на рассвете.
"Вот что делает человека успешным политиком - сверхъестественная энергетика и выносливость", - думал я, наблюдая за тем, как один из самых влиятельных государственных мужей современного мира азартно залезает на подоконники, вставая на них коленями, и защелкивает шпингалеты высоченных окон.
Скромное обаяние премьера
Такого я никак не ожидал. Не знаю, была ли это продуманная тактика (вполне возможно) или нет, но после общения с политиками, считавшими зазорным поднять с пола упавший носовой платок, это производило сильнейшее впечатление.
Лидеры, мне встречавшиеся, не могли или не хотели скрывать переполнявшего их чувства собственного величия. Более того, я считал это нормальным - в конце концов, что кроме жгучего, неуемного и ненасытного честолюбия может заставить человека отказаться от всякой нормальности, подчинить всю свою жизнь беспощадному, пожирающему все твое время, мысли, чувства политическому молоху.
Мало кто из государственных руководителей утруждается включать свое обаяние в полном объеме в очередном разговоре с каким-то очередным журналистом, тем более, в отсутствие телекамер.
Тони Блэр принадлежит явно к другому, более редкому племени - политиков, отрабатывающих каждую секунду своего времени на полную катушку.
Для подобных интервью он выработал очень точный, тонкий, выверенный стиль - смесь доверительности, легкой самоиронии, и элегантно подчеркнутого уважения к собеседнику.
Создавалось ощущение разговора на равных, а не императора с простым смертным. И хотя я прекрасно понимал, что манера это явно много раз опробованная и тщательно рассчитанная - все равно, противостоять этому обаянию было нелегко.
Из всех общественных деятелей только трагически погибшая принцесса Диана превосходила Блэра по силе излучаемой на "жертву" харизмы.
"Ангажировать" Россию
Интервью было приурочено к официальному визиту Тони Блэра в Россию, и британский премьер очень хотел, чтобы оно звучало максимально позитивно для российской аудитории.
Он обходил острые углы, привычно парировал неудобные вопросы о Чечне, и так далее. Я знал, что это не только тактическая вежливость, что подход к отношениям с Россией премьера был вполне последователен.
Он заключался в том, что Россию необходимо "не отталкивать", а "ангажировать". Тогда Владимир Путин только еще выдвигался на пост президента, но его победа была очевидна.
Блэр совершил смелый шаг. Вопреки советам некоторых умудренных опытом экспертов по дипломатически делам, вопреки опыту и традициям, он решился встретиться с Путиным, хоть и не совсем официально, в Санкт-Петербурге.
Блэр верил, что будущий президент России оценит этот жест и что таким образом можно будет заложить фундамент будущих доверительных отношений и взаимопонимания. Он догадывался, что имеет дело с воспитанником спецслужб, где учат не верить никому и ничему, не поддаваться на любезности и всегда подозревать подвох. Вот почему, возможно, обычная тактика в данном случае не сработала.
Но Блэр старался. Он неоднократно встречался с российским лидером в неофициальной обстановке, пил пиво "без галстуков". Прощал резкости и обиды - например, терпеливо выслушивал лекции по поводу иракской политики, сносил даже очень обидные личные выпады.
Подобные тому, который публично допустил президент на саммите Восьмерки в Санкт-Петербурге - Владимир Путин язвительно заговорил тогда о друге премьера лорде Леви, которого британская полиция допрашивала в связи с расследованием возможных злоупотреблений при раздаче почетных титулов.
Блэр терпеливо терпел все это и лишь улыбался, не допуская перехода на личности или на трамвайный принцип "сам дурак". Те, кто рассчитывал, что в российско-британских отношениях после этого произойдет открытый разрыв, были разочарованы.
Обида удел слабых?
Вообще, еще одна черта, отличающая Блэра от большинства политиков, особенно российских - это полное отсутствие личной обидчивости и мстительности. Он легко преодолевал такие вещи, считал, что это часть его работы.
Он и по сей день придерживается той точки зрения, что, при всей обеспокоенности некоторыми российскими реалиями, отталкивание Москвы, возведение стены, нового железного занавеса - ничего не даст.
Блэр, как и всякий большой политик - прежде всего, прагматик, и считает, что худой мир - гораздо лучше доброй ссоры.
И все же российско-британские отношения сейчас переживают самые худшие после холодной войны времена. Так что назвать российское направление среди своих внешнеполитических успехов Блэр сегодня никак не может.
Но особенно много разногласий вызывает британское участие в иракской войне. Вот где, считают многочисленные критики Блэра, отказало ему чутье политика. Он продолжает упорно утверждать, что решение о начале войны в союзе с американцами было правильным и что только история его рассудит.
Иракский синдром
В то время, поздней осенью 2002 года, когда я брал у него интервью, ничего еще не было понятно. Блэр публично отказывался подтвердить возможность военного варианта развития событий и настаивал на том, что Лондон будет добиваться более решительных действий со стороны ООН.
Я несколько раз возвращался к иракской теме в том интервью, тоже пытался играть в психологию - создавал у высокопоставленного собеседника ощущение ложной успокоенности, с тем, чтобы потом неожиданно коварно ударить снова. Думаю, что я был наивен и Блэр на самом деле видел меня насквозь.
Я обнаглел и сказал ему: "Вы же не были бы премьер-министром, если бы у вас не было плана "Б" - на тот случай, если с помощью ООН ничего сделать не удастся". У Блэра мелькнули в глазах веселые огоньки.
"Но я не был бы премьер-министром, если бы я..." И дальше последовал витиеватый, хитрый ответ, смысл которого - почему я вдруг должен раскрывать тебе, дорогой друг, все механизмы политики и показывать заранее козыри, которые у меня припрятаны? Я видимо, настолько заметно пригорюнился, что премьер вдруг решил меня пожалеть, вознаградить за упорство, что ли.
И вдруг - впервые сказал, что в случае неудачи "ооновского маршрута" придется прибегнуть к другим методам. Потому что в любом случае нельзя позволить Саддаму Хусейну пренебречь волей международного сообщества. Формулировка была по-прежнему осторожной, дипломатичной, но куда более откровенной, чем все, что он говорил до тех пор.
На следующий день к своему изумлению я обнаружил, что газета Times посвятила всю свою первую страницу изложению того интервью - с пояснениями, разумеется. Газета, да и многие другие, интерпретировали его заявление так, что Британия готовится к военной кампании.
Великий драматург
После этого я видел Блэра еще пару раз, когда посещал его резиденцию на Даунинг-стрит, 10. Он пробегал озабоченный мимо: один раз с засученными рукавами и кружкой чая в руке. Смутно узнав меня, помахал рукой. Улыбнулся, и побежал дальше. Какой колоссальный контраст с Кремлем (да и Белым домом)! Эдакая домашняя, обманчиво простая атмосфера.
Блэр - великий драматург. Видимо, давно уже он придумал это - что последним аккордом будет приведение к присяге правительства Северной Ирландии, где впервые согласились вместе работать и самые непримиримые ранее протестантские унионисты - и католические республиканцы.
Объявлял о своей отставке Блэр не в Лондоне, не в Вестминстере и не на Уайтхолле, а в сверхскромной обстановке - в своем избирательном округе, среди своих прямых избирателей.
И говорил всего минут пятнадцать, простыми, короткими фразами, с несколькими эмоциональными паузами. И тем драматичнее по своей сути была эта короткая процедура. И тем сильнее эффект от нее.
Не знаю, войдет ли Блэр в историю как великий политик. Но искусство общения с журналистами - и с общественностью вообще - он поднял на новый, несравнимо более высокий уровень. Некоторые даже скажут: слишком высокий.
Андрей Остальский
Какой будет внешняя политика Британии при Брауне?
Общий подход
Гордон Браун до сих пор почти никак не проявил себя в сфере внешней политики, и поэтому сейчас трудно делать какие-либо прогнозы. О Брауне, видимо, можно сказать, что он - убежденный сторонник развития трансатлантических отношений и занимает проамериканскую позицию. Однако он не будет так близок к президенту Бушу, как Тони Блэр. Что касается Европы, то Браун больше на стороне прагматизма, нежели интеграции. Он молча поддерживал все интервенции возглавляемого Блэром правительства - в Ираке, Косове, Сьерра-Леоне, Афганистане. Однако неясно, как бы действовал он, если бы эти решения пришлось принимать ему. Будучи министром финансов, Гордон Браун поддерживал международные инициативы по отмене долгов и помощи беднейшим странам мира. Полагают, что он будет продолжать работать в этом направлении.
Отношения с Америкой
Ожидают, что Гордон Браун поспешит в какой-то мере отмежеваться от президента Буша. Тем не менее у него прочные связи с США и его правительство не будет антиамериканским. Он живо интересуется американской историей и политикой, хорошо знаком с рядом американских политиков, в частности - с некоторыми лидерами демократов и проводит отпуск на Кейп-Коде. Браун, пожалуй, разочарует тех, кто хочет, чтобы Британия решительно порвала с администрацией Буша. Многое будет зависеть от того, какое решение он примет в отношении Ирака.
Ирак
Гордон Браун не отстранился от решения вторгнуться в Ирак, однако он намекал, что рассмотрит вопрос о том, как долго еще должны оставаться там британские военные. "Как член кабинета я несу ответственность за принятые нами коллективные решения, я убежден, что они были верными, но сейчас начался новый этап", - заявил недавно Браун. Летом британские военные планируют передислоцировать 5 тыс. человек на одну базу, но пока графика полного вывода их из Ирака нет. Тони Блэр всегда утверждал, что британские войска будут оставаться в Ираке до тех пор, пока там не будут созданы условия для обеспечения стабильности. Это оставляет Брауну простор для маневрирования, поскольку он может интерпретировать эти условия более гибко. Именно это покажет, насколько он готов отдалиться от американской позиции. Возможно, военные советники будут рекомендовать Брауну как можно быстрее вывести британских солдат из Ирака.
Афганистан
В то время как британская политика в Ираке приближается к своей заключительной стадии, миссия британских военных в борьбе против талибов в Афганистане все больше расширяется. В этом году британский контингент в этой стране вырастет почти до 8 тыч. человек. Полагают, что Гордон Браун оставит здесь все, как есть. Он занял жесткую позицию в борьбе против "Аль-Каиды" и ей нельзя дать перегруппироваться в Афганистане. Однако с течением времени в Афганистане могут возникнуть проблемы.
Международный терроризм
Почти невероятно, чтобы Браун ослабил борьбу Британии с терроризмом. Недавно он предложил ужесточить закон о борьбе с терроризмом. Это свидетельствует о том, что, по его мнению, исламский терроризм остается серьезной угрозой как в Британии, так и во всем мире. Будучи министром финансов, он принимал меры для перекрытия источников финансирования террористов. В 2006 году Браун изложил свою позицию по этому вопросу. "Проблему глобального терроризма нужно решать глобально - с использованием всех средств, которые есть в нашем распоряжении, - военных, экономических и культурных", - заявил он.
Иран
Ожидают, что Гордон Браун будет и дальше поддерживать санкции ООН против Ирана из-за его отказа прекратить работы по обогащению урана. На вопрос о том, может ли он исключить военную операцию в Иране, Браун ответил: "Мы хотим мирно решить иранский вопрос". Это совпадает с позицией британского правительства, которое подчеркивает многосторонний подход, но не исключает военных действий. Однако один из ближайших соратников Брауна, бывший министр иностранных дел Джек Стро заявил, что не верит в возможность военных действий против Ирана. "Мы не смогли бы оправдать этого", - сказал он. Поэтому трудно представить себе, что Браун будет выступать за военную операцию.
Ближний Восток
Гордон Браун не проявлял такого большого интереса к палестино-израильской проблеме, как Тони Блэр. Поэтому, судя по всему, Британия при Брауне не будет играть ведущую роль в ближневосточном урегулировании, что, видимо, вполне согласуется с мнением о том, что никакая отдельная европейская страна в одиночку не обладает достаточным влиянием для этого. Браун назначил бывшего британского посла в Израиле Саймона Макдональда своим советником по внешней политике. Это назначение пришлось по душе израильтянам, считающих Макдональда "другом Израиля". Гордон Браун, видимо, будет особенно интересоваться вопросом экономического развития палестинских территорий. В ходе своего визита в 2005 году в Израиль и Палестинскую автономию он впервые за много лет свел вместе израильского и палестинского министров, ответственных за экономику.
Судан/Зимбабве
Браун, судя по всему, поддержит введение новых санкций Совета Безопасности ООН против Судана из-за Дарфура. Может быть в будущем ему придется решать вопрос о том, отправить ли британских военных в Дарфур, чтобы следить за соблюдением запрета на полеты суданской авиации, если Совет Безопасности установит соответствующие запретные зоны.
Новые проблемы могут возникнуть в связи с ухудшением положения в Зимбабве. Браун, вероятно, постарается использовать соседние страны, чтобы оказать давление на президента Роберта Мугабе, но в то же время будет готов оказать им помощь.
Европейский союз
Главные вопросы в отношении нового европейского договора были согласованы в ходе недавнего саммита в Брюсселе, но новый премьер-министр должен будет одобрить все его положения. На посту министра финансов Брауна больше интересовала практическая политика ЕС, нежели споры о работе его институтов. По его мнению, членство Британии в ЕС не должно ограничивать гибкость, свободный рынок и прагматизм. В аналитической статье, опубликованной в марте журналом International Affairs, говорится, что Браун будет "неуклюжим партнером" или "прагматичным игроком", но он не станет выдвигать Британию на передний край европейской интеграции. Советником премьера по делам ЕС будет бывший сотрудник министерства финансов Джон Канлифф, который хорошо знает взгляды Брауна на европейские вопросы. Браун не позволил Британии перейти на евро, и скорее всего он будет продолжать эту политику. В будущем ему предстоит решать проблемы, связанные с членством Турции в ЕС, государственной поддержкой промышленности, к которой призывает новый президент Франции Николя Саркози, реформированием сельскохозяйственных субсидий и взносами Британии в бюджет ЕС.
Изменение климата
По заказу Гордон Брауна в 2006 году был составлен отчет по климатическим переменам, в котором говорится, что из-за глобального потепления мировая экономика сократится на 20%. Он поддержал установленные для ЕС и Великобритании квоты, направленные на снижение выбросов в атмосферу углекислого газа. Таким образом, Браун поддерживает все чаще раздающиеся на международных экономических встречах призывы принять меры по борьбе с глобальным потеплением. В марте этого года он заявил, что "в основе этой борьбы должен лежать новый международный договор по снижению вредных выборосов после 2012 года. "Моя цель - создать глобальный рынок регулирования выбросов в атмосферу, основанный на европейской схеме и базирующийся в Лондоне", - добавил он. Браун даже назначил своим советником бывшего вице-президента США Ала Гора. Борьба с глобальным потеплением - это еще один вопрос, по которому позиции Брауна будут отличаться от американской политики.
Помощь и развитие
Именно в эту область Гордон Браун внес самый большой вклад на посту министра финансов. Он поддерживал инициативу по облегчению долгового бремени беднейших стран мира. Он предложил Международный финансовый инструмент, призванный помочь бедным странам получить доход. В 2005 году он поддержал предложение "Большой Восьмерки" удвоить помощь африканским странам. Как сообщили представители британского министерства финансов, он увеличит британскую помощь "в 2007-2008 году почти до шести с половиной миллиардов фунтов в год - это означает реальный рост в 140% по сравнению с 1997 годом". Можно ожидать, что и на посту премьер-министра Браун будет принимать живое участие во всех этих делах.
Как я брал интервью у Тони Блэра
Первое, что он сделал, поздоровавшись, - это бросился к окнам в зале заседаний кабинета министров и принялся их закрывать. "Я знаю, здесь слишком шумно, это может отразиться на качестве вашей записи", - объяснял он деловито. А я сидел за огромным овальным столом, где обычно заседает правительство, и наблюдал за ним с изумлением.
Слишком много сильных впечатлений сразу. Во-первых, Тони Блэр оказался неожиданно высоким. На телеэкране почему-то это незаметно - может, отчасти, потому, что он очень пропорционально сложен, а может, и потому, что, сознательно или нет, премьер избегал ситуаций, когда бы он смотрел на людей сверху вниз.
Второе - поразительно, сколько энергии он излучал. Посередине тяжелого рабочего дня, начавшегося где-то на рассвете.
"Вот что делает человека успешным политиком - сверхъестественная энергетика и выносливость", - думал я, наблюдая за тем, как один из самых влиятельных государственных мужей современного мира азартно залезает на подоконники, вставая на них коленями, и защелкивает шпингалеты высоченных окон.
Скромное обаяние премьера
Такого я никак не ожидал. Не знаю, была ли это продуманная тактика (вполне возможно) или нет, но после общения с политиками, считавшими зазорным поднять с пола упавший носовой платок, это производило сильнейшее впечатление.
Лидеры, мне встречавшиеся, не могли или не хотели скрывать переполнявшего их чувства собственного величия. Более того, я считал это нормальным - в конце концов, что кроме жгучего, неуемного и ненасытного честолюбия может заставить человека отказаться от всякой нормальности, подчинить всю свою жизнь беспощадному, пожирающему все твое время, мысли, чувства политическому молоху.
Мало кто из государственных руководителей утруждается включать свое обаяние в полном объеме в очередном разговоре с каким-то очередным журналистом, тем более, в отсутствие телекамер.
Тони Блэр принадлежит явно к другому, более редкому племени - политиков, отрабатывающих каждую секунду своего времени на полную катушку.
Для подобных интервью он выработал очень точный, тонкий, выверенный стиль - смесь доверительности, легкой самоиронии, и элегантно подчеркнутого уважения к собеседнику.
Создавалось ощущение разговора на равных, а не императора с простым смертным. И хотя я прекрасно понимал, что манера это явно много раз опробованная и тщательно рассчитанная - все равно, противостоять этому обаянию было нелегко.
Из всех общественных деятелей только трагически погибшая принцесса Диана превосходила Блэра по силе излучаемой на "жертву" харизмы.
"Ангажировать" Россию
Интервью было приурочено к официальному визиту Тони Блэра в Россию, и британский премьер очень хотел, чтобы оно звучало максимально позитивно для российской аудитории.
Он обходил острые углы, привычно парировал неудобные вопросы о Чечне, и так далее. Я знал, что это не только тактическая вежливость, что подход к отношениям с Россией премьера был вполне последователен.
Он заключался в том, что Россию необходимо "не отталкивать", а "ангажировать". Тогда Владимир Путин только еще выдвигался на пост президента, но его победа была очевидна.
Блэр совершил смелый шаг. Вопреки советам некоторых умудренных опытом экспертов по дипломатически делам, вопреки опыту и традициям, он решился встретиться с Путиным, хоть и не совсем официально, в Санкт-Петербурге.
Блэр верил, что будущий президент России оценит этот жест и что таким образом можно будет заложить фундамент будущих доверительных отношений и взаимопонимания. Он догадывался, что имеет дело с воспитанником спецслужб, где учат не верить никому и ничему, не поддаваться на любезности и всегда подозревать подвох. Вот почему, возможно, обычная тактика в данном случае не сработала.
Но Блэр старался. Он неоднократно встречался с российским лидером в неофициальной обстановке, пил пиво "без галстуков". Прощал резкости и обиды - например, терпеливо выслушивал лекции по поводу иракской политики, сносил даже очень обидные личные выпады.
Подобные тому, который публично допустил президент на саммите Восьмерки в Санкт-Петербурге - Владимир Путин язвительно заговорил тогда о друге премьера лорде Леви, которого британская полиция допрашивала в связи с расследованием возможных злоупотреблений при раздаче почетных титулов.
Блэр терпеливо терпел все это и лишь улыбался, не допуская перехода на личности или на трамвайный принцип "сам дурак". Те, кто рассчитывал, что в российско-британских отношениях после этого произойдет открытый разрыв, были разочарованы.
Обида удел слабых?
Вообще, еще одна черта, отличающая Блэра от большинства политиков, особенно российских - это полное отсутствие личной обидчивости и мстительности. Он легко преодолевал такие вещи, считал, что это часть его работы.
Он и по сей день придерживается той точки зрения, что, при всей обеспокоенности некоторыми российскими реалиями, отталкивание Москвы, возведение стены, нового железного занавеса - ничего не даст.
Блэр, как и всякий большой политик - прежде всего, прагматик, и считает, что худой мир - гораздо лучше доброй ссоры.
И все же российско-британские отношения сейчас переживают самые худшие после холодной войны времена. Так что назвать российское направление среди своих внешнеполитических успехов Блэр сегодня никак не может.
Но особенно много разногласий вызывает британское участие в иракской войне. Вот где, считают многочисленные критики Блэра, отказало ему чутье политика. Он продолжает упорно утверждать, что решение о начале войны в союзе с американцами было правильным и что только история его рассудит.
Иракский синдром
В то время, поздней осенью 2002 года, когда я брал у него интервью, ничего еще не было понятно. Блэр публично отказывался подтвердить возможность военного варианта развития событий и настаивал на том, что Лондон будет добиваться более решительных действий со стороны ООН.
Я несколько раз возвращался к иракской теме в том интервью, тоже пытался играть в психологию - создавал у высокопоставленного собеседника ощущение ложной успокоенности, с тем, чтобы потом неожиданно коварно ударить снова. Думаю, что я был наивен и Блэр на самом деле видел меня насквозь.
Я обнаглел и сказал ему: "Вы же не были бы премьер-министром, если бы у вас не было плана "Б" - на тот случай, если с помощью ООН ничего сделать не удастся". У Блэра мелькнули в глазах веселые огоньки.
"Но я не был бы премьер-министром, если бы я..." И дальше последовал витиеватый, хитрый ответ, смысл которого - почему я вдруг должен раскрывать тебе, дорогой друг, все механизмы политики и показывать заранее козыри, которые у меня припрятаны? Я видимо, настолько заметно пригорюнился, что премьер вдруг решил меня пожалеть, вознаградить за упорство, что ли.
И вдруг - впервые сказал, что в случае неудачи "ооновского маршрута" придется прибегнуть к другим методам. Потому что в любом случае нельзя позволить Саддаму Хусейну пренебречь волей международного сообщества. Формулировка была по-прежнему осторожной, дипломатичной, но куда более откровенной, чем все, что он говорил до тех пор.
На следующий день к своему изумлению я обнаружил, что газета Times посвятила всю свою первую страницу изложению того интервью - с пояснениями, разумеется. Газета, да и многие другие, интерпретировали его заявление так, что Британия готовится к военной кампании.
Великий драматург
После этого я видел Блэра еще пару раз, когда посещал его резиденцию на Даунинг-стрит, 10. Он пробегал озабоченный мимо: один раз с засученными рукавами и кружкой чая в руке. Смутно узнав меня, помахал рукой. Улыбнулся, и побежал дальше. Какой колоссальный контраст с Кремлем (да и Белым домом)! Эдакая домашняя, обманчиво простая атмосфера.
Блэр - великий драматург. Видимо, давно уже он придумал это - что последним аккордом будет приведение к присяге правительства Северной Ирландии, где впервые согласились вместе работать и самые непримиримые ранее протестантские унионисты - и католические республиканцы.
Объявлял о своей отставке Блэр не в Лондоне, не в Вестминстере и не на Уайтхолле, а в сверхскромной обстановке - в своем избирательном округе, среди своих прямых избирателей.
И говорил всего минут пятнадцать, простыми, короткими фразами, с несколькими эмоциональными паузами. И тем драматичнее по своей сути была эта короткая процедура. И тем сильнее эффект от нее.
Не знаю, войдет ли Блэр в историю как великий политик. Но искусство общения с журналистами - и с общественностью вообще - он поднял на новый, несравнимо более высокий уровень. Некоторые даже скажут: слишком высокий.
Андрей Остальский
Какой будет внешняя политика Британии при Брауне?
Общий подход
Гордон Браун до сих пор почти никак не проявил себя в сфере внешней политики, и поэтому сейчас трудно делать какие-либо прогнозы. О Брауне, видимо, можно сказать, что он - убежденный сторонник развития трансатлантических отношений и занимает проамериканскую позицию. Однако он не будет так близок к президенту Бушу, как Тони Блэр. Что касается Европы, то Браун больше на стороне прагматизма, нежели интеграции. Он молча поддерживал все интервенции возглавляемого Блэром правительства - в Ираке, Косове, Сьерра-Леоне, Афганистане. Однако неясно, как бы действовал он, если бы эти решения пришлось принимать ему. Будучи министром финансов, Гордон Браун поддерживал международные инициативы по отмене долгов и помощи беднейшим странам мира. Полагают, что он будет продолжать работать в этом направлении.
Отношения с Америкой
Ожидают, что Гордон Браун поспешит в какой-то мере отмежеваться от президента Буша. Тем не менее у него прочные связи с США и его правительство не будет антиамериканским. Он живо интересуется американской историей и политикой, хорошо знаком с рядом американских политиков, в частности - с некоторыми лидерами демократов и проводит отпуск на Кейп-Коде. Браун, пожалуй, разочарует тех, кто хочет, чтобы Британия решительно порвала с администрацией Буша. Многое будет зависеть от того, какое решение он примет в отношении Ирака.
Ирак
Гордон Браун не отстранился от решения вторгнуться в Ирак, однако он намекал, что рассмотрит вопрос о том, как долго еще должны оставаться там британские военные. "Как член кабинета я несу ответственность за принятые нами коллективные решения, я убежден, что они были верными, но сейчас начался новый этап", - заявил недавно Браун. Летом британские военные планируют передислоцировать 5 тыс. человек на одну базу, но пока графика полного вывода их из Ирака нет. Тони Блэр всегда утверждал, что британские войска будут оставаться в Ираке до тех пор, пока там не будут созданы условия для обеспечения стабильности. Это оставляет Брауну простор для маневрирования, поскольку он может интерпретировать эти условия более гибко. Именно это покажет, насколько он готов отдалиться от американской позиции. Возможно, военные советники будут рекомендовать Брауну как можно быстрее вывести британских солдат из Ирака.
Афганистан
В то время как британская политика в Ираке приближается к своей заключительной стадии, миссия британских военных в борьбе против талибов в Афганистане все больше расширяется. В этом году британский контингент в этой стране вырастет почти до 8 тыч. человек. Полагают, что Гордон Браун оставит здесь все, как есть. Он занял жесткую позицию в борьбе против "Аль-Каиды" и ей нельзя дать перегруппироваться в Афганистане. Однако с течением времени в Афганистане могут возникнуть проблемы.
Международный терроризм
Почти невероятно, чтобы Браун ослабил борьбу Британии с терроризмом. Недавно он предложил ужесточить закон о борьбе с терроризмом. Это свидетельствует о том, что, по его мнению, исламский терроризм остается серьезной угрозой как в Британии, так и во всем мире. Будучи министром финансов, он принимал меры для перекрытия источников финансирования террористов. В 2006 году Браун изложил свою позицию по этому вопросу. "Проблему глобального терроризма нужно решать глобально - с использованием всех средств, которые есть в нашем распоряжении, - военных, экономических и культурных", - заявил он.
Иран
Ожидают, что Гордон Браун будет и дальше поддерживать санкции ООН против Ирана из-за его отказа прекратить работы по обогащению урана. На вопрос о том, может ли он исключить военную операцию в Иране, Браун ответил: "Мы хотим мирно решить иранский вопрос". Это совпадает с позицией британского правительства, которое подчеркивает многосторонний подход, но не исключает военных действий. Однако один из ближайших соратников Брауна, бывший министр иностранных дел Джек Стро заявил, что не верит в возможность военных действий против Ирана. "Мы не смогли бы оправдать этого", - сказал он. Поэтому трудно представить себе, что Браун будет выступать за военную операцию.
Ближний Восток
Гордон Браун не проявлял такого большого интереса к палестино-израильской проблеме, как Тони Блэр. Поэтому, судя по всему, Британия при Брауне не будет играть ведущую роль в ближневосточном урегулировании, что, видимо, вполне согласуется с мнением о том, что никакая отдельная европейская страна в одиночку не обладает достаточным влиянием для этого. Браун назначил бывшего британского посла в Израиле Саймона Макдональда своим советником по внешней политике. Это назначение пришлось по душе израильтянам, считающих Макдональда "другом Израиля". Гордон Браун, видимо, будет особенно интересоваться вопросом экономического развития палестинских территорий. В ходе своего визита в 2005 году в Израиль и Палестинскую автономию он впервые за много лет свел вместе израильского и палестинского министров, ответственных за экономику.
Судан/Зимбабве
Браун, судя по всему, поддержит введение новых санкций Совета Безопасности ООН против Судана из-за Дарфура. Может быть в будущем ему придется решать вопрос о том, отправить ли британских военных в Дарфур, чтобы следить за соблюдением запрета на полеты суданской авиации, если Совет Безопасности установит соответствующие запретные зоны.
Новые проблемы могут возникнуть в связи с ухудшением положения в Зимбабве. Браун, вероятно, постарается использовать соседние страны, чтобы оказать давление на президента Роберта Мугабе, но в то же время будет готов оказать им помощь.
Европейский союз
Главные вопросы в отношении нового европейского договора были согласованы в ходе недавнего саммита в Брюсселе, но новый премьер-министр должен будет одобрить все его положения. На посту министра финансов Брауна больше интересовала практическая политика ЕС, нежели споры о работе его институтов. По его мнению, членство Британии в ЕС не должно ограничивать гибкость, свободный рынок и прагматизм. В аналитической статье, опубликованной в марте журналом International Affairs, говорится, что Браун будет "неуклюжим партнером" или "прагматичным игроком", но он не станет выдвигать Британию на передний край европейской интеграции. Советником премьера по делам ЕС будет бывший сотрудник министерства финансов Джон Канлифф, который хорошо знает взгляды Брауна на европейские вопросы. Браун не позволил Британии перейти на евро, и скорее всего он будет продолжать эту политику. В будущем ему предстоит решать проблемы, связанные с членством Турции в ЕС, государственной поддержкой промышленности, к которой призывает новый президент Франции Николя Саркози, реформированием сельскохозяйственных субсидий и взносами Британии в бюджет ЕС.
Изменение климата
По заказу Гордон Брауна в 2006 году был составлен отчет по климатическим переменам, в котором говорится, что из-за глобального потепления мировая экономика сократится на 20%. Он поддержал установленные для ЕС и Великобритании квоты, направленные на снижение выбросов в атмосферу углекислого газа. Таким образом, Браун поддерживает все чаще раздающиеся на международных экономических встречах призывы принять меры по борьбе с глобальным потеплением. В марте этого года он заявил, что "в основе этой борьбы должен лежать новый международный договор по снижению вредных выборосов после 2012 года. "Моя цель - создать глобальный рынок регулирования выбросов в атмосферу, основанный на европейской схеме и базирующийся в Лондоне", - добавил он. Браун даже назначил своим советником бывшего вице-президента США Ала Гора. Борьба с глобальным потеплением - это еще один вопрос, по которому позиции Брауна будут отличаться от американской политики.
Помощь и развитие
Именно в эту область Гордон Браун внес самый большой вклад на посту министра финансов. Он поддерживал инициативу по облегчению долгового бремени беднейших стран мира. Он предложил Международный финансовый инструмент, призванный помочь бедным странам получить доход. В 2005 году он поддержал предложение "Большой Восьмерки" удвоить помощь африканским странам. Как сообщили представители британского министерства финансов, он увеличит британскую помощь "в 2007-2008 году почти до шести с половиной миллиардов фунтов в год - это означает реальный рост в 140% по сравнению с 1997 годом". Можно ожидать, что и на посту премьер-министра Браун будет принимать живое участие во всех этих делах.
по материалам BBCRussian.com
